Доцент кафедры клинической психологии и психологии личности Института психологии и образования Казанского федерального университета Ильдар Абитов и старший преподаватель кафедры телепроизводства и цифровых коммуникаций Института социально-философских наук и массовых коммуникаций КФУ Булат Ханиев объяснили, почему мозг устойчив к «скрытым командам», чем опасны алгоритмы современных соцсетей и как отличить режиссерскую «пасхалку» от попытки вторжения в подсознание.

В обществе существует предположение о том, что вставка одного дополнительного кадра (24-го или 25-го в секунду) с неким текстом или изображением способна изменить поведение человека, заставив его следовать инструкциям.

«Согласно открытым источникам, автором этого мифа является маркетолог Джеймс Вайкери. В 1957 году он запустил этот слух исключительно для того, чтобы спасти свою компанию от финансового краха, позже Вайкери сам признался в дезинформации. Он подтвердил, что полностью сфальсифицировал результаты своего "эксперимента"», – ввел в курс дела психолог.

Ильдар Абитов пояснил, что пороги восприятия существуют, но они не работают как пульт управления.

«Важно понимать, что люди постоянно сталкиваются с так называемыми подпороговыми стимулами – информацией, которую мы не можем воспринять на сознательном уровне. Подобно тому, как мы, в отличие от некоторых животных, не слышим определенные звуки, мы воспринимаем далеко не все зрительные сигналы. Что касается 25-го кадра, то глаз может не зафиксировать внимание на конкретном изображении, но оно не способно повлиять на поведение. В динамическом видеопотоке такой кадр воспринимается просто как естественное продолжение того, что уже было на экране», – рассказал доцент.

Раньше для исследований подпороговых восприятий использовали аппарат тахистоскоп, позволяющий предъявлять изображения на экстремально короткое время.

«Эксперименты показали, что если людям быстро показывать определенные образы, они могут позже включить их (или ассоциируемые с ними предметы) в свои рисунки, когда их просят изобразить что-то отвлеченное. Примечательно, что участники всегда рационализируют свой выбор, они не помнят, что видели картинку-подсказку, и объясняют свой рисунок личными предпочтениями. Например: "я нарисовал птиц, потому что они мне нравятся"», – прокомментировал И. Абитов.

Если психологи разоблачают «25-й кадр» как научную фальшивку, то профессионалы киноиндустрии называют его художественным преувеличением.

«Ритм и время в восприятии зрителя работают совсем иначе. Нужно минимум несколько секунд, чтобы просто считать эмоцию актера или же понять, что изменилось в композиции кадра. 25-й кадр предполагает, будто в него можно вшить гипносообщение, но на деле за это мгновение даже крупный план не будет прочитан», – отметил Булат Ханиев.

Старший преподаватель подчеркнул, что воздействие визуальной части строится на накоплении визуальной информации через монтажную фразу и комбинацию кадров.

«Не стоит путать 25-й кадр с монтажной рифмой, то есть с сознательным добавлением в структуру произведения периодически появляющегося кадра (или же нескольких кадров) с определенной символической и идейной ценностью. Это работает на глубину, но не на программирование», – сообщил режиссер.

В отличие от скрытого воздействия, «пасхалки» в фильмах – это часть открытой визуальной культуры, рассчитанная на внимательного зрителя.

«"Пасхалка" лежит в кадре открыто, она становится частью мизансцены, композиции кадра, иногда выступает в роли "чеховского ружья"», – объяснил Б. Ханиев.

Сегодняшние алгоритмы коротких видео в социальных сетях создают эффект непрерывной стимуляции, который называют новой грамматикой экранного времени.

«Короткие видео работают на постоянстве клипового предвкушения. Каждые несколько секунд происходит смена крупности, какой-либо гэг или что-то иное, удерживающее внимание. Сценарий, если он имеется, часто пишется по принципу "отсечения всего, кроме самого острого". Эта непрерывная стимуляция интереса приучает мозг к сверхбыстрому потреблению. По сути, это сильно усовершенствованная драматургия, которую сжали до такой степени, что люди не успевают переключить фокус внимания или же включить критическое мышление. Такой механизм плотно укоренился в "новых медиа", которые управляют восприятием совсем иначе, чем традиционные», – заключил режиссер.  

При частичной или полной перепечатке материала, а также цитировании необходимо ссылаться на пресс-службу КФУ.

Присоединяйтесь к каналу КФУ в MAX.