2026 год объявлен Годом единства народов России. Сегодня, 5 февраля, Президент Российской Федерации Владимир Путин объявил год открытым. Одним из самых ярких свидетельств, скрепляющих многонациональное общество страны, является язык. О том, как формировался лексический фонд и почему процесс заимствования – естественный путь развития, рассказала заведующая кафедрой русского языка как иностранного Высшей школы русской филологии и культуры имени Льва Толстого Института филологии и межкультурной коммуникации Казанского федерального университета Наталия Габдреева.

По словам профессора, современный русский язык представляет собой систему, состоящую из исконных и привнесенных элементов, чье появление связано с историей народа.

«Наличие заимствованных слов (сегодня ученые называют цифры от 4 до 22 процентов) не лишает язык его национальной самобытности, поскольку он ассимилирует иноязычные слова, так сказать, приспосабливает их форму и семантику к современным нормам. Существуют различные классификации по степени ассимиляции заимствований. Так, крайними точками в этой цепи являются слова, полностью ассимилированные системой и не воспринимающиеся сегодня как заимствованные (хлеб, собака, платок, сундук, вафли, чай, врач, среда и др.) и неассимилированные, значение которых не всегда известно даже носителям (как правило, новые заимствования – кринж, мюлли, кейтеринг, хайп, многие термины и т.д.). Русский поэт Александр Пушкин называл русский язык весьма общежительным, имея в виду в том числе его открытость к языковым контактам», – проинформировала эксперт.

Существует научная дисциплина – контактология, изучающая универсальные процессы заимствования. Одной из ее ключевых задач является атрибуция – определение источника и пути проникновения слова. Как правило, заимствования группируются по тематическим областям, отражающим историю культурных, экономических и политических контактов между народами.

«Спортивная терминология часто приходит из английского, лексика моды – из французского, а термины, связанные с коневодством, – из тюркских языков», – объяснила Наталия Габдреева.

О древности связей между народами, населявшими территорию современной России, свидетельствуют, например, финно-угорские языки.

«Из финно-угорских пришло много имен собственных – Москва, Волга (белая), Ока (река), Двина (тихий, спокойный), Вологда (белый город), Каргополь, Кама (поток) и др.», – рассказала филолог.

Из этих же языков пришло и некоторое количество нарицательных имен: севрюга, семга, камбала, сани, яма, хутор, тундра, ковер, гуляш, шалаш.

«Тюркские языки обогатили русскую лексическую систему словами: башмак, сундук, юбка, табун,сарай, бирюк, балык, алый, кабан, балалайка, азу, туман, чулан, караул, масти лошадей: караковый, мухортый, буланый, бурый и т.д.», – перечислила заведующая кафедрой.

Некоторые из таких заимствований, например, каймак, имеют региональную специфику, оставаясь более частотными в местах исконного распространения, но при этом известны и в общенациональном языке, будучи зафиксированными в словаре русского писателя, лексикографа, этнографа Владимира Даля.

«Существуют внутренние заимствования, то есть переход диалектных слов в общенациональный язык. Их очень любили писатели-"деревенщики" (пойма, зря, доярка, замшелый, новосел, хлебороб)», – перечислила эксперт.

Причины, по которым язык заимствует слова, сформулировал основатель Казанской лингвистической школы Иван Бодуэн де Куртенэ. Он разделил их на внутренние (языковые) и внешние (социально-исторические). К первым можно отнести необходимость номинировать новое понятие, явление или предмет, для которого в языке нет точного обозначения. Когда такой предмет входит в быт, часто закрепляется и его название. Ко вторым – культурное влияние, моду, престиж. Особенно ярко это проявляется в наше время в сфере молодежного общения.

«К сожалению, у молодежи сформировался пиетет перед английскими выражениями, поэтому они часто используют в своей речи англицизмы и их производные (ок, юзать, скриптить, фармить, генерить). Однако это чаще всего отмечается в подростковом возрасте. Человек, хорошо знающий английский язык, вряд ли использует хайп и кринж. Это, скорее всего, демонстрация или попытка самоутверждения», – разъяснила Н. Габдреева.

В таких случаях заимствование выполняет не столько номинативную, сколько социально-маркирующую функцию, служа «этикеткой» принадлежности к определенной группе или субкультуре.

Филолог уточнила, что в лингвистике нет термина «скрытые заимствования». Речь может идти о двух явлениях. Во-первых, о кальках – дословном переводе иноязычных слов или выражений. Во-вторых, о полностью ассимилированных словах.

«Есть слова, не воспринимаемые носителями как иностранные, их довольно много в русском языке (кофта, карета, водка, базар, лошадь, пальто, вокзал, свекла, декан, сахар и др.)», – заключила специалист.

Бояться заимствований не следует. Каждый человек должен осуществлять отбор языковых средств, думать о правильности и уместности в речи. В случае с заимствованиями, значение которых непонятно, можно и должно ориентироваться на современные словари (например, «Словарь новейших иностранных слов» лингвиста Екатерины Шагаловой).

При частичной или полной перепечатке материала, а также цитировании необходимо ссылаться на пресс-службу КФУ.